Оценки ты ставишь постоянно. Четыре звезды таксисту, пять пиццерии, три гостинице, в номере которой пахло сыростью. За год таких оценок набегает несколько десятков, каждая занимает секунды две, и никто не считает это работой. Своей собственной жизни за тот же год ты не поставила ни одной.
Причина тут не в трусости. Жизнь не приходит к нам разложенной по пунктам, она идёт сплошняком: работа тянется в вечер, вечер упирается в кухню, кухня незаметно переходит в разговор с дочерью, и к воскресенью остаётся одно общее ощущение, что неделя была тяжёлая. Ощущение честное и совершенно бесполезное. Оно не показывает, где именно тяжело и чего именно не хватает, а значит, делать с ним нечего.
Поэтому любой инструмент, который режет жизнь на части и заставляет посмотреть на каждую отдельно, стоит дороже, чем выглядит. У Перукуа такой инструмент есть. Он помещается на одном листе бумаги и занимает один вечер.
Лист бумаги и пятибалльная шкала
«Сделайте таблицу в три колонки», пишет она. Строчки: работа, семья (муж, дети), творчество, дом или квартира, тело. Дальше добавляешь то, что считаешь важным для себя: подруги, деньги, вера, сад, собака, старенькая мама в соседнем районе. Вторая колонка, оценка по пятибалльной шкале. Третья, твои комментарии.
Шкала меряет одну-единственную вещь: сколько твоей любви проявлено в этой части жизни. Зарплата, метраж квартиры, оценки ребёнка в дневнике и результаты последних анализов сюда не входят. Вопрос стоит иначе. Есть ли в этой строчке живое тепло или ты держишь её на одной дисциплине.
Разница между этими двумя состояниями заметна сразу, стоит только разрешить себе её увидеть. Бывает работа, куда ты входишь утром с интересом, и бывает работа, которую ты исполняешь безупречно и при этом считаешь часы до пятницы. Обе выглядят одинаково прилично со стороны. В таблице они получают разные цифры.
Четвёрка, которую рука ставит сама
Первое, что обнаруживается за этим столом, это удивительная тяга руки к четвёркам. Четвёрка удобная оценка. Она означает, что в целом нормально и есть куда расти, никого при этом не обижает и ничего не требует. Пятёрка обязывает, двойка пугает, а четвёрка позволяет закрыть тетрадь и спокойно пойти спать.
Есть простой способ себя проверить. Поставив цифру, вспомни один конкретный случай за последний месяц, который её подтверждает. Годится только конкретика: где, когда, что ты сделала или почувствовала. Общее ощущение, что мы же нормально живём, тут не считается. Если в строке «дом» стоит четвёрка, а вспоминается вынесенный мусор и починенная сушилка, четвёрка превращается в двойку сама собой, без всякого самобичевания.
Тело в такой проверке помогает лучше головы. Перукуа двадцать семь лет наставляет женщин по всему миру и говорит об этом прямо: «я веду женщин через тело». Пока ты выводишь цифру, где-то под рёбрами либо спокойно, либо тянет и сжимается. Задержись на этом месте, замедли выдох, дай себе десять секунд. Солнечное сплетение отвечает раньше, чем ты успеваешь придумать объяснение, и отвечает честнее.
Третья колонка, где всё и происходит
Цифры сами по себе почти бесполезны, и главную работу Перукуа отдаёт комментариям. «Если вы будете честны, то каждая запись в колонке три может оказаться небольшим эссе».
Слово «эссе» на кухне вечером звучит пугающе, хотя на деле это два-три абзаца, написанных для единственного читателя. Там цифра и расшифровывается. В строке «тело» стоит тройка, а в комментарии вдруг выясняется, что за полгода ты ни разу не выбирала одежду по тому, приятно ли в ней коже, и что душ давно превратился в пункт расписания между ужином и стиральной машиной. В строке «творчество» стоит единица, и рядом честная фраза: пела в машине, пока не начала возить внука.
Ценность таких записей в том, что в них появляются глаголы. Цифра сообщает только то, что плохо, а фраза добавляет действие: перестала, забросила, отложила до лучших времён. Глагол указывает на момент, когда решение было принято, и такой момент обычно помнится довольно точно.
Выживание и любовь
Когда лист заполнен, в нём видны две разные территории. В одних строчках ты живёшь, в других держишь оборону. Оборона вещь почтенная, на ней стоят семьи, ипотеки и целые десятилетия, от неё никто не умирал. У неё другая цена: ровный серый фон, на котором с тобой ничего не происходит.
У Перукуа для жизни без любви есть сравнение, которое трудно забыть, особенно если дома живёт кошка. Всё остальное тогда, пишет она, «словно воздушный наполнитель для кошачьего туалета. Иллюзия того, что в лотке что-то есть». Пакет большой, шуршит, насыпаешь щедро, а веса в нём почти никакого.
Задача, которую она ставит перед заполненной таблицей, звучит так: по каждой строчке выйти «из выживания в любовь». Глагол здесь выбран точно. Выход занимает время и делается шагами, и начинается он с того, что ты вообще заметила, где находишься.
Что делать с двойкой
Теперь честно о неприятном. Таблица умеет ровно одно: показывать. Она не чинит брак, не возвращает интерес к работе и не разбирает балкон. Женщина может заполнить её, ужаснуться и получить к прежней усталости ещё и чувство вины, а через месяц найти тот же лист в ящике с теми же цифрами. Такое случается чаще, чем хотелось бы, и риск этот вполне настоящий.
Спасает правило одной строки. Выбираешь самую низкую оценку и одно действие на ближайшую неделю, маленькое и настолько конкретное, чтобы его нельзя было отложить. Задача заняться телом тут не годится совсем, а вот записаться в бассейн на четверг годится вполне.
Второе возражение серьёзнее. Многие женщины боятся садиться за такую таблицу, потому что догадываются, куда она выведет: двойка в строке «семья», и что теперь, разводиться. Из листа бумаги ничего подобного не следует. Сама Перукуа с пятнадцати лет жила самостоятельно, училась в школе и работала в Бургер Кинге, чтобы выжить, а потом пошла в официантки, чтобы оплачивать уроки вокала. Строчку «работа» она тогда не сожгла. Она поменяла её условия: выбрала самый престижный ресторан в городе, который работал только по вечерам, и утро осталось свободным для занятий с преподавателем. Сами смены она стала считать школой общения с людьми, а люди делаются интересными, если задавать им верные вопросы и подсвечивать в них лучшее. Работа называлась по-прежнему, наполнение у неё стало другим, и в качестве побочного результата она получала самые большие чаевые среди всех официантов ресторана.
Между полным сломом и решением оставить всё как есть лежит большая территория, и почти все настоящие перемены происходят именно там.
Вечер, лист и пять строчек
Лист бумаги не делает жизнь лучше. Он делает её видимой, а видимость это первое условие любой перемены: невозможно двигать то, чего не различаешь. Пять строчек, три колонки и час тишины дают тебе картину, которой у тебя не было, и почти всегда в этой картине есть сюрприз. Чаще всего он в том, что низкая оценка стоит вовсе не там, где ты ожидала её увидеть.
Начерти эту таблицу сегодня вечером, пока дом затих, и оставь её до утра непрочитанной. Утром цифры выглядят иначе, и решение, что делать с самой низкой из них, приходит гораздо спокойнее.
А если захочется понять не только то, где сейчас мало любви, но и откуда взялся именно такой расклад, у Перукуа об этом написана книга «Та, Кто Обрела Свой Голос»: восемь глав, каждая раскрывается в три слоя, от события к его причине, и одиннадцать песен, написанных к ней. Книгу ты найдёшь на сайте Перукуа.
Задай свой вопрос Перукуа
Если у тебя возникли какие-либо вопросы по этому продукту, пожалуйста, напиши мне в мессенджер. Я отвечу в самое ближайшее время.